«Тяжелое, гнетущее послевкусие; остается щемящее чувство тоски и вопрос о природе одиночества.»

Взрослые персонажи в странном умирающем мире переживают потерю ребенка и вину, погружаясь в сенсорные ритуалы и физическую близость, но оставаясь в одиночестве.